Фото обои веранда

Кликните на картинку, чтобы увидеть её в полном размере

Веранда, пристроенная к дому 120 Cовременных Идей 2017


фото веранда обои

2017-10-23 02:44 Веранда, пристроенная к дому, станет замечательным местом отдыха, где с удовольствием Обои Отделка однако, веранда из кирпича фото далее станет оптимальным решением




На лугу пасется огромный бык, спокойно пощипывая зеленую травку. Вдруг он видит где-то вдалеке какую-то белую точку и начинает следить за ней. Точка, приближаясь, постепенно превращается в белый шарик. Бык и не заметил, что этот шарик - на самом деле кролик. Подбежав вплотную к быку, кролик гнет пальцы и начинает орать: - Ты, лох рогатый, освободи мне дорогу, понял? Бык продолжает неподвижно стоять, глядя на кролика с безразличным видом. Кролик: - Ты че, урод, не слышишь, я сказал, давай дорогу, если по рогам не хочешь! Бык не двигается с места. Кролик продолжает наезжать: - У тебя че, уши говном забиты? Если ты через 10 секунд не сдвинешься, я тебе очко разорву, понял, ты, пидор вонючий? Раз… два… три… Тугоухий бык со скуки фыркает, поворачивается к кролику задом, вываливает на него содержимое своего кишечника и неспешно идет прочь. Пять минут проходит, десять, уже и мухи слетелись… Наконец кролику удается высунуть голову из этой кучи. Очистив забитый рот, он начинает орать вслед быку: - Что, обосрался?


Перспективный тот работник, который работает в полсилы.






Людей хороших много возле нас, Но жизнь к ним удивительно сурова: Одни умны - как финский унитаз, Другие ласковы - как матерное слово.


Петр Иванович Еремеев, известный в определенных кругах как Петя Сова, сидел в переговорной комнате, уютно расположившись напротив меня в кожаном кресле для особо важных клиентов, и разъяснял мне суть своего изменившегося мировоззрения. - Ты пойми, Андрюха, - проникновенно говорил он, - на хлеб с маслом я себе уже давно заработал. И на колбасу с сыром. И на икру черную тоже. Бизнесом я занимался уже тогда, когда ты еще в школе учился. И каким бизнесом! - Петр Иванович улыбнулся каким-то своим воспоминаниям. Зная репутацию Пети Совы, мне даже не хотелось представить себе, чему он мог улыбаться. Потратив на воспоминания несколько секунд, Петр Иванович продолжил: - Но, знаешь, Андрюха, начинает доставать меня вся эта суета… Да и здоровье уже не то. - Я украдкой окинул взглядом крепко сбитую, пышущую жилистой силой фигуру Петра Ивановича и сочувственно покивал. - Не мальчик я уже, чтобы бегать на разборки… то есть… гм… совещания там производственные… Да и вообще. У меня, понимаешь, в последнее время все больше какой-то философский взгляд на жизнь складывается. Петр Иванович внимательно посмотрел на меня своим философским взглядом, под которым я невольно поежился, и развил мысль дальше: - Я на мир хочу посмотреть, книжки почитать, на которые в молодости времени не было, с сыном своим отношения наладить, о внуках будущих призадуматься… Понимаешь? - Понимаю, - с готовностью отозвался я. - Устаете от предпринимательской деятельности? - Ага, - согласился Петр Иванович. - И от нее тоже. - Так чем мы можем вам помочь? - Значит, не понимаешь, - вздохнул Петр Иванович. - Я частным инвестором хочу стать. - Э-э… - произнес я в некотором замешательстве. - В каком смысле? - Что значит - "в каком смысле"? - вскинул брови Петр Иванович. - Ты, Андрюха, что-то тормозишь… Деньги у меня свободные есть, хочу их вложить во что-нибудь… Ценные бумаги, депозиты, фьючерсы какие-нибудь… Мне, знаешь ли, теперь пора жить на проценты, дивиденды и прочие спокойные доходы. Вот будете делать мне достойную прибыль каждый месяц - тогда смогу подумать о том, чтобы отойти, наконец, от дел… - Петр Иванович мечтательно улыбнулся. - Буду просто вашим VIP-клиентом, блин… Я испытал, как говорится, смешанное чувство. Любой банкир на моем месте обрадовался бы такому VIP-клиенту, как Петр Иванович Еремеев. Но я ни на секунду не забывал о том, что Петр Иванович был не только инвестором с большим личным капиталом, но и авторитетом с богатым жизненным опытом. У меня, конечно, не было достоверной статистики смертности банкиров, имевших дело с Петей Совой, но интуиция мне подсказывала, что какая-то смертность все же имела место. - И какую сумму вы хотели бы инвестировать? - бодро осведомился я. Петр Иванович назвал приблизительную сумму, после чего я сиплым голосом уточнил: - Вы уверены, что хотите вложить всю эту сумму именно через наш банк? - Андрюха, - отечески усмехаясь, ответил Петр Иванович, - ты не боись! Я в тебя верю. Как сейчас помню, как ты лихо тогда управился с акциями того мясокомбината… Наша братва… тьфу, то есть наш… этот… совет директоров высоко оценил твою работу. За что ты и получил хорошие комиссионные, ведь так? Я без особого энтузиазма признал его правоту. Теперь статистика смертности банкиров, работавших на Петю Сову, нужна была мне немедленно и позарез. - Значит, так, - резюмировал Петр Иванович. - Вы мне реквизиты счета пришлите по факсу. Где-то дня через два-три начну зачислять деньги, а вы там… это самое… инвестируйте. В этот момент я осознал, что решение уже, собственно, принято. Петя Сова решил стать VIP-клиентом нашего банка - и стал им. Господам банкирам выбора он попросту не оставил. - Что ж, я немедленно доложу президенту нашего банка об итогах наших переговоров, - заверил я и откашлялся. - А чего ж… Доложи, доложи. - Петр Иванович благодушно ухмыльнулся. - Думаю, возражать он не будет… *** Президент банка и не думал возражать, когда я примчался к нему на доклад. Он просто побледнел, истребовал от секретарши чашечку кофе, отхлебнул половину, плеснул в кофе коньяку до краев и опустошил чашечку двумя мощными глотками. Через пятнадцать минут мы смогли рассуждать здраво. - Так какую доходность для своих инвестиций он хочет? - слабым голосом поинтересовался президент. - Он сказал что-то про достойную ежемесячную прибыль, благодаря которой он сможет отойти от дел. - Я прикинул в уме и сообщил, сколько, по моим расчетам, Петр Иванович привык тратить каждый месяц. Президент сглотнул, попросил у секретарши еще одну чашечку кофе и, совсем расстроившись, спросил: - И куда же мы можем вложить его деньги, чтобы "отбить" такую норму прибыли? - Не знаю, - честно признался я. - Денег он, конечно, дает много, но при сегодняшних рыночных ставках нам не заработать столько, чтобы Петр Иванович мог спокойно уйти на заслуженный отдых… - Нужны нестандартные инвестиции, - веско предложил президент, чему возразить было трудно. Президент нашего банка всегда умел выдвигать бесспорные предложения. Воплощать их в жизнь приходилось обычно мне. Спустя две недели инвестиционный портфель частного инвестора Петра Ивановича Еремеева был заполнен просроченными долговыми обязательствами и сомнительными векселями целого ряда фирм - клиентов банка, а также бросовыми акциями специально отобранных акционерных обществ. Учитывая качество таких финансовых вложений, номинальная их доходность превосходила все наши смелые ожидания и исчислялась сотнями процентами годовых. Превращать номинальную доходность в реальную пришлось мне лично. Я посетил руководителей и собственников тех компаний, ценные бумаги которых мы приобрели для Петра Ивановича, и в предельно простой форме объяснил, что их кредитором либо совладельцем стал не кто иной, как Петя Сова. Кроме того, я сочувственно предложил им сделать выводы о перспективах неуважения к правам такого частного инвестора, как П. И. Еремеев. Еще две недели после этого президент глушил коньяк без кофе, а я прикидывал маршруты возможной экстренной эвакуации из России. Потом безнадежные векселя начали чудесным образом погашаться, просроченные долги - вдруг постепенно возвращаться вместе со штрафами и пенями, а по мусорным акциям были объявлены неслыханные дивиденды. …Сейчас я готовлю очередной отчет Петру Ивановичу и заранее подбираю для новых "нестандартных инвестиций" кандидатов, на которых имя такого частного инвестора, как Петя Сова, могло бы произвести должное впечатление. Мне не в чем себя упрекнуть. В конце концов, пора заставить недобросовестные компании уважать права инвесторов, разве не так? Шен Бекасов